В ВКО вдова погибшего на работе мужчины несколько лет обивала пороги госорганов в поисках правды и справедливости

Ольга и Александр Абакумовы
Фото: 
из архива редакции

Вдова 49-летнего Александра Абакумова, который утонул в декабре 2014 года, спасая упавшего с теплохода "Байтерек" друга, только в этом году смогла передохнуть от продолжительных судебных тяжб. Женщине удалось доказать, что в гибели ее мужа на сто процентов виноват работодатель, передает корреспондент YK-news.kz.

Мы не раз писали об этой трагедии. Вкратце напомним, при каких обстоятельствах погиб Александр Абакумов.

15 декабря 2014 года на теплоходе "Байтерек", пришвартованном неподалеку от Усть-Каменогорской ГЭС, бригада ТОО "Машзавод" проводила ремонтные работы. Один из сотрудников — 53-летний Николай Баржов — решил сойти с теплохода в ангар по понтону, но сорвался и упал в воду. Мужчину быстро уносило течением. 49-летний Александр Абакумов прыгнул в Иртыш, доплыл до Баржова, обхватил его и попытался добраться до берега. Но несколько минут в ледяной воде обессилили мужчину, и, издав крик, он скрылся под водой.

Тела утонувших удалось отыскать с разницей в два месяца.

Для расследования несчастного случая, в результате которого погибли сразу два человека, на Машзаводе была создана специальная комиссия. Рабочую группу возглавил главный госинспектор труда по ВКО Бакытбек Кизатов. Комиссия вынесла вердикт: работодатель в случившемся не виноват. (Примечательно, что Бакытбек Курманбекович с этим не согласился, однако итоги расследования строятся на выводах основного состава рабочей группы.)

Спустя год после трагедии вдова Александра — Ольга Абакумова — нашла в себе силы, чтобы через суд доказать обратное. Усть-Каменогорский городской суд пришел к выводу, что "несчастный случай со смертельным исходом следует признать связанным с производством".

Однако праздновать победу Ольге не пришлось. ТОО "Машзавод" обжаловало решение суда первой инстанции сначала в областном, а затем и в Верховном суде.

— Основной их довод заключался в том, что Александр прыгнул в Иртыш, чтобы спасти товарища, пренебрегая установленными инструкциями, — рассказали нашему корреспонденту юристы Максим Кубраков и Владислав Терновенко, представлявшие интересы семьи Абакумовых. — На новом рабочем месте с Абакумовым никто не провел инструктаж по технике безопасности и не сообщил о наличии опасного производственного фактора "холодная вода".

Машзавод проиграл все три судебные инстанции. Руководство предприятия было вынуждено составить акт о несчастном случае, связанном с производством. Однако каково же было удивление вдовы Александра и ее юристов, когда в документе они увидели строку: "степень вины работника — 30 процентов".

И снова начались судебные разбирательства. В итоге мы добились, чтобы в акте значилась стопроцентная вина работодателя, — говорит Максим Кубраков.

Не совсем понятна столь принципиальная позиция Машзавода. Получается, размер компенсации зависит от степени вины работника и работодателя?

Если случай смертельный, то степень вины работника не берется в расчет при выплате компенсаций. Это может сказаться только при взыскании морального вреда. Но Машзавод и не понес бы потери — выплаты детям и супруге Александра легли на плечи страховой компании, — говорит юрист. — Принципиальность здесь в том, что на предприятии понимают: если будет установлена стопроцентная вина работодателя, то кто-то должен нести за это ответственность. Однако этот вопрос остается открытым. Насколько я знаю, за групповой несчастный случай, унесший жизни двух человек, никого даже не наказали.

Елена Супрунова