"Люди поздравляли друг друга, плача от радости". Как вспоминают 9 Мая 1945 года пережившие Великую Отечественную войну

1418 дней и ночей до долгожданной Победы были неимоверно долгими и тяжелыми. И невозможно в полной мере представить ту радость, которой наполнилась страна 9 мая 1945 года. Этот день навсегда остался в памяти очевидцев тех событий. Каждый запомнил его по-своему, но объединяет воспоминания ошеломляющее чувство счастья, охватившее тогда абсолютно всех. С победной даты прошло уже более 70 лет, однако праздник не потерял своей значимости. YK-news.kz собрал несколько историй о том, как наши земляки пережили войну и чем им запомнился День Победы.

Репродуктор на углу

О том, что война скоро будет, бабушка сказала девятилетней Вере ещё весной сорок первого. Поглядела на красные столбы, ни с того ни с сего вставшие в небе, и предрекла скорые бедствия.

— Мы ей поверили почему-то сразу, — рассказывает 86-летняя жительница Усть-Каменогорска Вера Щелкова. — А 22 июня я запомнила навсегда. Слух откуда-то пронёсся, люди побежали к репродуктору на углу улиц Ленина (ныне улица Головкова) и Театральной (ныне улица Тохтарова). Там был городской радиоузел. Толпа народу — и тишина мёртвая стоит. А из чёрной тарелки страшный такой голос... Война!

Из этого репродуктора узнавали в Усть-Каменогорске новости, слушая сводки советского Информбюро. А в городе, по воспоминаниям Веры Николаевны, было тогда тихо. Народу мало на улицах: кто на работе, кто на фронт ушёл. Верины отец и дядя тоже воевали. Папа вернулся из-под Сталинграда после тяжёлого ранения, а дядя дошёл с боями до самого Берлина.

Усть-каменогорские школьники тоже трудились — для фронта, для Победы. В страду ездили на поля. Теребили шерсть, из которой женщины вязали специальные перчатки для солдат — с тремя пальцами. Собирали посылки бойцам на фронт.

Ходили мы в пионерских галстуках. Городские власти, видимо, вели работу с населением на этот счёт. Нам открывали двери и даже не спрашивали, зачем пришли — сразу давали кто что мог для наших солдат. Запомнился один дед, без слов протянувший полный кисет табаку. Для мужчин это была большая ценность.

И о Победе узнали в городе из того же репродуктора на углу. Хотя настроение было такое, что объявления о желанном мире люди ждали со дня на день. В Первомай на стадионе в парке имени Джамбула прошёл праздник, хотя бои ещё шли. Все уже чувствовали — войне конец.

А когда объявили, как мы радовались! Обнимали друг друга, поздравляли, — вспоминает Вера Николаевна. — Ближе к вечеру собрались наши родные, помянули своих погибших, наплакались. А всё же люди больше смеялись в тот день. Так смеялись! У меня до сих пор в ушах звенит этот счастливый смех.

Лучшей песни не слышала

Начало войны Наташа Кулик запомнила смутно, ведь ей не исполнилось ещё и трёх лет. Помнит, как потянулись крестьянки с детьми вслед за отступающими нашими войсками. Детей и стариков усадили в телеги, запряжённые волами, а женщины торопливо шагали рядом. Потом дорогу преградили немецкие танки.

У отца была бронь – студентов Харьковского железнодорожного института на фронт не брали. Но папа был коммунист и пошёл добровольцем. А маме вручили письмецо: "Маша, я ухожу на фронт, не могу иначе. Жив буду — ещё поживём, а не вернусь — береги девчат. Прощай. Целую. Степан". 30 июня пришло извещение, что он пропал без вести в страшных боях под Киевом.

Не изжить из памяти, как выли над головой самолёты, как 80-летняя бабушка прятала Наташу с сестрой под кровать, а сама совала голову под припечек. Как горела жарким пламенем родная хата, в которую попала "зажигалка". Как бабуля, завернув в одеяло, несла ее к укрытию под яблоней, а кругом рвались бомбы. Баба Маруся просила бога, чтобы спас, падала, подхватывалась и снова пускалась бегом. А с августа 1941 года жили они всей семьёй в этом окопе, потому что в бабушкиной хате квартировал сытый, холёный немец.

Навсегда запомнилось, как били мать румыны — за пропавшие у офицера часы. Били так, что слышно было, как рёбра трещат. А они с пятилетней сестрой Лидой хватали их за сапоги — и отлетали от тяжелого пинка. От верной смерти спас их тогда случай. Денщик офицера нашёл пропавшие часы и вора.

Запомнила, как немецкий солдат давал Лиде хлеб с маслом, потому что она похожа на его дочь. А Наташу отталкивал, чтобы руки к хлебу не тянула. Есть хотелось постоянно. А повар-итальянец насыпал ребятне в котелки макарон с тушёнкой. Итальянцы были добры — не то что румыны.

В августе 1943 года были страшные бои за Харьков, и в село Красный Оскол наконец-то пришли наши. Шли солдаты по улице и пели "Священную войну". До конца своих дней Наталья Кулик не могла слушать её без слёз. И всё ей казалось, что даже Краснознамённый ансамбль Александрова не пел её лучше, чем бойцы, шагавшие по освобождённому селу.

А 9 мая 1945 года запомнилось особо. В этот день стоял над селом разноголосый вой. Плакали вдовы и матери, выкликая имена тех, кто уже никогда не вернётся.

От Самарки до Берлина

Пётр Усатюк

Выпускник Усть-Каменогорского педучилища Пётр Усатюк пришёл в военкомат Самарского района в августе 1942 года. Было ему тогда 18 лет. Призывники плыли по Иртышу на огромном пароходе "Роза Люксембург". От Зайсана до Семипалатинска заполнился он целиком — восточноказахстанцы уходили на фронт. Полгода парень учился в Тамбовском военно-пехотном училище, эвакуированном в Восточный Казахстан.

Боевой путь миномётчика Петра Усатюка начался 7 июля 1943 года на Курской дуге. В первой же атаке его ранили в грудь, месяц провёл в госпитале. А дальше командир миномётного расчёта Пётр Усатюк прошёл с боями от Восточной Украины до самого логова врага. Вторая танковая армия Первого Белорусского фронта, в которой служил собеседник, окружила фашистскую столицу с севера.

Мы первыми начали обстреливать город. Наша армия брала страшную тюрьму Моабит. Второго мая гарнизон Берлина сдался. Помню, мимо нас вели пленных немцев. А мы подходили к ним и кормили хлебом, — вспоминает Петр Исидорович.

После падения фашистской цитадели, 4 мая 1945 года часть, в которой служил Пётр Усатюк, отвели в райское место — лесной район вокруг озера Зелле. Там он и встретил Победу.

В этот день нам устроили хороший обед, выдали по 150 фронтовых грамм. А потом всю ночь мы палили в небо из всего, что было. Боеприпасов осталось много. Больше они были не нужны.

Главный в жизни день

Тимофей Терещенко

22-летний Тимофей Терещенко в 1941 году окончил зооветеринарный техникум и поступил в Днепропетровский сельскохозяйственный институт. Продолжить учебу помешала война.

После краткосрочных курсов политработников Тимофея назначили заместителем командира батареи отдельного противотанкового дивизиона. На Ленинградском фронте он получил тяжелое ранение. В окопных условиях невозможно было оказать необходимую медицинскую помощь — и у парня развилась газовая гангрена. Ему ампутировали ногу выше колена.

Из госпиталя Тимофей выписался на костылях. Возвращаться на Украину ему было некуда и не к кому: дом, родных и близких забрала война. Узнав о том, что Алма-Атинский юридический институт объявляет прием студентов, парень не раздумывая отправился в столицу Казахской ССР. Там он поступил в институт, в котором познакомился со своей будущей женой — Лида Левченко тоже училась на юриста. Вместе они встретили День Победы 9 мая 1945 года.

Этот день навсегда остался главным в их жизни. Незнакомые люди целовались и обнимались на улицах, поздравляли друг друга, плакали от радости. Они знали цену Победе. У многих из них война оставила в сердцах страшные рубцы. Советский народ победил небывалое в истории человечества зло. И осознание причастности к этому смешивало текущие из глаз слёзы гордости и скорби.

Ирина Плотникова, Дмитрий Григорьев, Дарья Хацанович
Фото из семейных архивов и иллюстративные