Родные солдата-срочника, комиссованного из-за эпилепсии, считают, что болезнь спровоцировали избиения старослужащих

Жанат Иманберды рвался в армию...
Фото: 
из личного архива Жаната Иманберды

Новобранец Жанат Иманберды, проходивший службу в Усть-Каменогорске, был госпитализирован с приступами эпилепсии. Близкие Жаната считают, что его избили старослужащие, и это спровоцировало болезнь, ведь до призыва молодой человек был абсолютно здоров. Однако в воинской части эту версию категорически отвергают. Примечательно, что это уже не первый случай, когда солдат из войсковой части № 5518, дислоцированной в областном центре, вместо казармы оказывается в клинике. В прошлом году другой новобранец угодил в психоневрологический диспансер после избиения прапорщиком, передает корреспондент YK-news.kz.

Служить бы рад...

19-летний Жанат Иманберды вырос в маленьком ауле Сарыбастау Алматинской области. После окончания школы поступил в колледж, изучал сельское хозяйство. Помогал семье, не чураясь никакой работы, летом пас скотину. Но, конечно, хотел большего. Для юноши из глубинки шансом выбиться в люди и найти достойную работу сейчас зачастую становится военный билет. Старший брат Жаната, Дархан, совсем недавно демобилизовался со срочной службы в Актобе. Мечтающий о лучшей доле младший тоже буквально рвался в армию. Молодой человек прошел медкомиссию, которая признала его здоровым и годным для прохождения службы. В сентябре 2016 года новобранца направили в усть-каменогорскую воинскую часть № 5518. Близкие были уверены, что служба пойдет хорошо, ведь это подразделение Нацгвардии РК — элитных войск с хорошей репутацией.

17 сентября 2016 года молодого человека на карете скорой помощи доставили в реанимацию первой городской больницы с сильными судорогами. С тех пор солдата только переводили из одного медицинского учреждения в другое.

— Жанат никогда не жаловался на службу — он парень гордый и упертый. Но мы заподозрили неладное, когда он попросил старшего брата отправить ему 15 тысяч тенге, — поделились с YK-news.kz своей картиной событий родные новобранца. — Для нас эта сумма не маленькая, Дархан попросил подождать пару дней. И тут нам сообщили, что Жанат находится в реанимации! Что мы могли подумать при таких обстоятельствах? Что его избили в военной части.

Усугубил эти подозрения тот факт, что известие о госпитализации поступило не от руководства части, в которой служил парень, а от медицинского персонала клиники, в которой оказался Жанат.

— Спасибо медсестре, которая просто пожалела измученного мальчишку. Понимаете, племянник для меня все равно что родной сын. Мама Жаната умерла, когда ему было девять месяцев, — говорит дядя молодого человека Сакен Габдуллин. — Моя жена — ее родная сестра. На руках у отца Жаната остались еще один сын и дочь. Разумеется, мы стараемся помогать им. Они нам как родные дети. Когда Жанат позвонил своей бабушке и со слезами в голосе сообщил, что попал в психбольницу, горе было у всей семьи. Он просил приехать и забрать его.

По словам близких, за два месяца Жанат трижды побывал в первой городской больнице и дважды его отправляли в психоневрологический диспансер. Лечение было столь продолжительным, что родственники, с трудом насобирав денег на билеты, побывали в Усть-Каменогорске в несколько заездов. В первый раз, в сентябре, приезжали отец и мачеха. Во второй раз, уже в конце октября, в Усть-Каменогорск к солдату отправились дядя, тетя и старший брат. Десант родных намеревался выяснить, что происходит, и добиться от командования толкового объяснения, почему еще вчера "годный к строевой" новобранец проводит время службы в больницах, а не на военном полигоне.

Это тайна!

Сакен Габдуллин твердо решил разобраться в ситуации.

— Я ухаживаю за своей пожилой мамой, но тут ничего не оставалось, как оставить все и отправиться в Усть-Каменогорск, — рассказывает Сакен. — Мы приехали в больницу, зашли в отделение. Когда увидели Жаната — не поверили своим глазам. Наш мальчик сидел один в инвалидном кресле и ни на что не реагировал. Я был просто вне себя. Поверьте, это страшно — увидеть абсолютно беспомощным родного человека. И при этом нам никто не потрудился объяснить, что с ним произошло, почему он в таком состоянии. А потом его начало колотить, я его обнимал, старался успокоить. Когда судороги утихли, Жанат рассказал мне, что его избивали старослужащие. Он назвал три фамилии — это шымкентские парни. Они творят все, что хотят, — видимо, в части они на особом положении, — делится своей версией событий собеседник.

Близкие Жаната не сомневаются в правдивости его слов. Как не поверить, ведь при них навестить солдата приходили офицеры, и у паренька при виде военной формы начался приступ эпилепсии.

Если верить рассказу Жаната, за него взялись практически сразу по приезде в часть.

— Началось все, как говорит наш мальчик, 10 сентября, — передает версию племянника Сакен Габдуллин. — К нему цеплялись, но старались, чтобы офицеры этого не видели. То в солдатском клубе во время киносеанса в темноте накостыляют, то в туалете нападут. А последний раз 17 сентября по дороге с полигона его чем-то тяжелым трижды ударили по голове. Жанат потерял сознание, и его на "скорой" доставили в реанимацию с судорожным синдромом.

В городской больнице № 1 корреспонденту YK-news.kz подтвердили, что Жанат Иманберды поступал к ним в реанимационное отделение с судорожным синдромом, причем не один раз. В реанимации купировали приступ, и парня переводили в палату неврологического отделения.

— Пациент поступил к нам с диагнозом "эпилепсия", — рассказал заведующий реанимационным отделением Александр Нарейко. — Позже мы его перевели в неврологическое отделение. Причины болезни вам может назвать невропатолог.

Однако заведующая неврологическим отделением отказалась от разговора с корреспондентом YK-news.kz, сославшись на врачебную тайну.

Узнать всё

В воинской части близким Жаната сообщили, что заболел он еще до армии, потому что упал с мотоцикла. Мол, так сказал сам солдат. Родные только развели руками — в семье никогда не было мотоцикла, и до армии Жанат ничем страшнее насморка не болел.

— Я решил поговорить с командиром Жаната, как мужчина с мужчиной. Мне нужно было узнать, почему моего племянника не направили в военный госпиталь, как полагается в таких случаях, и как вообще разбираются по этому делу. Пришел в воинскую часть, на КПП спросил, как найти командира. Мне указали на человека в двух шагах. Я только подошел и представился, как он буквально бросился бежать от меня, отмахиваясь, ссылаясь на какие-то важные дела. Сел в машину и уехал, — рассказывает свою версию событий Сакен. — Тогда я подумал, что дело тут нечисто. Потом я вышел на военного прокурора. Мне сообщили, что дело взяли под особый контроль. Три человека, о которых говорил Жанат, были задержаны.

Как выяснилось, Жанат еще в конце сентября обращался в военную полицию с заявлением на неподобающее отношение со стороны сослуживцев. Корреспондент YK-news.kz связался с руководством воинской части № 5518, однако там отказались от оперативных комментариев. Когда мы настойчиво поинтересовались судьбой заявления рядового Иманберды, в пресс-службе регионального командования "Шығыс" Национальной гвардии РК сообщили: "В ходе проведенных следственных мероприятий факты неуставных отношений в отношении рядового Иманберды Ж. не подтвердились".

К этому времени Жанат провел в больнице несколько недель. В поликлинике департамента внутренних дел по Восточно-Казахстанской области состоялось заседание военно-врачебной комиссии, обследовавшей Жаната. Солдат был признан негодным для прохождения воинской службы по состоянию здоровья. Его диагноз занимает целый абзац. В переводе с медицинского языка на русский: парня мучают частые эпилептические приступы — по 5 — 7 раз в сутки несколько раз в месяц.

Седьмого ноября Жанат Иманберды был уволен с воинской службы и в сопровождении медиков и военнослужащего-контрактника направлен по месту призыва. В поезде Жанату стало плохо. С перрона его отправили в реанимацию алматинской БСМП с приступом эпилепсии.

Близкие Жаната Иманберды не собираются сдаваться. Своего родственника они намерены обследовать и лечить уже в Алматы.

— Родители тех парней связались с нами, когда мы подняли шум. Просят прощения, обещают помогать в лечении, — делится своей версией происходящего дядя Жаната.

Но близкие парня намерены довести дело до конца. Они уже наняли двух сильных адвокатов и готовятся к суду с военной частью.

— Я считаю, что его били, — говорит Сакен. — Ведь в армии просто так с приступом не падают. А мы только на днях узнали, что этот случай в части не первый. Значит, тем более нужно разбираться! Мы доведем дело до конца.

Вместо послесловия

Как никто другой эмоции семьи Жаната разделяет Жанна Байгожинова — мать бывшего солдата-срочника, который оказался в местной психиатрической больнице после избиения прапорщиком в той же военной части № 5518.

Когда военнослужащий Едиге Бекбауов после восьми месяцев службы попал в психоневрологический диспансер, его матери с трудом удалось узнать правду. Руководство части тогда категорически отрицало факт избиения и заявляло, что срочник заболел еще на гражданке. Только благодаря вмешательству военной прокуратуры удалось поставить точку в этом непростом деле. Прапорщика уволили со службы и приговорили к условному сроку — ему дали два с половиной года.

— Едиге окреп и хочет продолжать разбирательство, — рассказывает Жанна. — Он говорит, что осудили не всех — бил его не только прапорщик. Я понимаю, что в глазах закона это только версия моего сына, которую нужно доказывать, и отговариваю его от дальнейших разбирательств. Прапорщик получил по заслугам. Я не хочу, чтобы Едиге снова переживал все это.

Анна Сорокина