В ВКО родители не смогли вызвать неотложку к умирающему сыну

Житель Серебрянска был найден на улице в бессознательном состоянии. Четыре часа спустя он умер, так и не придя в себя. Почему к больному не приехала скорая помощь? Как необходимо разговаривать с диспетчером, принимающим вызов? Кто и на основании чего принимает решение об оказании экстренной помощи больному, разбирался корреспондент YK-news.kz.

Нелепая смерть

Александра нельзя было назвать респектабельным членом общества. 39-летний житель Серебрянска злоупотреблял спиртным. Дело дошло до белой горячки.

Как следует из протокола следствия, утром 22 марта 2018 года к нему вызывали неотложку по причине алкогольного психоза. Фельдшер сделал ему укол успокоительного, но скоро Александр снова впал в буйство. Он ушел из дома, и мать разыскивала его по всему району. Вечером мужчина обнаружился на лавке перед подъездом, однако идти домой категорически отказался. По словам матери, его не слушались ноги. По желанию сына она довела его до квартиры приятеля, живущего на первом этаже, и вернулась домой.

Ранним утром следующего дня пенсионерка вышла на балкон, чтобы снять висевшее там бельё. В рассветных сумерках ей показалось, что во дворе под ёлками кто-то лежит. Она спустилась и обнаружила сына — без сознания.

Дальше полицейский протокол расходится с показаниями родных. По версии родителей, они с трудом подняли Александра на руки и кое-как, с помощью соседки, донесли его до пятого этажа. Всё это время сын был без сознания. В протоколе же написано, что до квартиры его довели.

Дома отец и мать сняли с сына промокшую под дождём одежду, попытались растереть ледяное тело. Потом Тамара Ивановна начала звонить в "скорую". На аудиозаписи разговора слышно, что начала она издалека: описала всё, что случилось накануне, и только затем перешла к главному:

Неизвестно, сколько он там лежал. Он сейчас весь холодный. Колени у него содраны, лежал лицом вниз. И живот, и грудь — всё холодное, как у покойника. Весь мокрый — с ног до головы. Сейчас он спит, храпит.

Ну, укройте его одеялом, чтобы он согрелся, — посоветовала медсестра, принимавшая вызовы. — Конечно, если он на улице лежал, замёрз, наверное. Вы переодели его? Если проснётся, горячий чай надо давать. Покушать надо дать. Если что — перезвоните!

По тону собеседниц слышно, что мать говорит тревожно и неуверенно, а медсестра — спокойно и доброжелательно. Получив совет от диспетчера, перезванивать Тамара Ивановна уже не стала. Четыре часа спустя у Александра остановилось дыхание. Экспертиза назвала причину смерти — переохлаждение.

Выжить не мог?

Брат погибшего Валерий — медик по профессии — специально приехал из России, чтобы разобраться в произошедшем. Он считает, что Александр умер из-за того, что ему не была своевременно оказана помощь — по вине диспетчера неотложки.

Она вообще не может занимать эту должность по своему образованию, — излагает свою версию Валерий. — В разговоре со мной главврач сказал, что у них нехватка кадров, поэтому на должность диспетчера назначили медсестру.

Младший брат решил выяснить истинные обстоятельства смерти старшего и обратился в областной департамент охраны общественного здоровья. По факту смерти Александра была создана комиссия под руководством заместителя руководителя департамента Б. С. Ибраева. Специалисты пришли к выводу, что медсестра-диспетчер халатно отнеслась к своим должностным обязанностям.

"В нарушение приказа МЗ РК от 8.01.2018, диспетчер скорой помощи КГП на ПХВ "Городская больница города Серебрянск Зыряновского района" не зарегистрировала вызов к больному (не фиксированы ФИО, возраст больного, данные о состоянии пациента, адрес нахождения), — говорится в заключении комиссии. — Причина вызова — "потеря сознания" — относится к состояниям, представляющим непосредственную угрозу жизни пациента, требующим немедленной медицинской помощи (первая категория срочности). Имеет место невыполнение своих функциональных обязанностей медсестрой — диспетчером скорой помощи".

За невыполнение своих функциональных обязанностей диспетчеру скорой помощи объявлен выговор, — сообщил главный врач Серебрянской городской больницы Курмангазы Тлеубеков.

По факту смерти Александра было начато досудебное производство. По мнению его брата, в том, как оно велось, есть много странностей.

Главная странность — это статья, по которой квалифицировалось дело, — высказывает своё мнение брат погибшего Валерий. — 317, пункт 1: "Невыполнение, ненадлежащее выполнение профессиональных обязанностей медицинским или фармацевтическим работником вследствие небрежного или недобросовестного отношения к ним, если эти деяния повлекли по неосторожности причинение средней тяжести вреда здоровью человека". Но ведь брат умер! А это уже пункт 3: "Деяния, предусмотренные частью первой настоящей статьи, повлекшие по неосторожности смерть человека".

Следствие назначило комиссионную судмедэкспертизу с целью выяснить, мог ли больной остаться в живых в случае оказания ему своевременной медицинской помощи и какова степень вины в произошедшем диспетчера скорой помощи. Комиссия пришла к парадоксальным выводам.

"На момент поступления вызова в скорую помощь в 8 часов 52 минуты однозначно высказаться о возможности спасения больного в случае оказания ему своевременной медицинской помощи не представляется возможным ввиду отсутствия достоверных клинических данных (артериальное давление, пульс, частота дыхательных движений, температура тела), которые могли свидетельствовать о степени тяжести состояния потерпевшего и наступления обратимых или необратимых процессов в организме, вызванных переохлаждением", — говорится в заключении комиссии.

Но ведь этих данных нет именно потому, что вызов не был принят и никаких попыток спасти пострадавшего никто не предпринимал.

Основываясь на выводах комиссионной экспертизы, следователь трактовал их в пользу диспетчера и 24 июня 2018 года принял решение о закрытии уголовного дела "в связи с отсутствием состава уголовного правонарушения". Брат погибшего дошёл до генерального прокурора РК. В октябре 2018 года, по словам Валерия, дело было отправлено на доследование в управление внутренних дел ВКО.

И с тех пор — тишина! — излагает он свою версию. — Потерпевшими официально считаются мать и отец. Но они инвалиды третьей группы, находятся на пенсии и не могут самостоятельно добиться правосудия. Следователь со мной по телефону разговаривать отказывается, требует, чтобы я лично приехал из Кемерова. Мне кажется, что дело снова хотят спустить на тормозах.

Чем закончится эта история, в настоящее время сказать пока сложно.

Не сказанные вовремя слова

И всё же почему погиб Александр? Опустим то, что он сам виноват в тех обстоятельствах, в которых оказался. Всякий человек, каким бы он ни был, имеет право на жизнь. Нам хотелось услышать от медиков объяснение, что же произошло, почему не был принят тот злополучный вызов. Почему в экстренной помощи было отказано?

Департамент охраны общественного здоровья ВКО от комментариев по этому поводу отказался, сославшись на то, что данные по результатам внеплановой проверки Серебрянской городской больницы не подлежат разглашению. Но в материалах комиссионной судмедэкспертизы, предоставленных нам родными погибшего, чёрным по белому записано следующее:

"В должностной инструкции диспетчера по приёму вызовов отделения скорой медицинской помощи, утверждённой главным врачом и подписанной медсестрой, указано: "при поступлении вызова продублировать его вслух, записать адрес, имя, отчество, фамилию, краткий анамнез болезни, номер телефона".

Из речи взволнованной матери, как мы убедились, вычленить нужную информацию было крайне сложно. А повторно медсестра об этом не переспросила. Почему так произошло?

Мы дали прослушать аудиозапись диалога фельдшеру скорой помощи с 24-летним стажем. Мнение специалиста: повода для вызова в разговоре не прозвучало.

Если бы вызывающая сказала, что не может сына разбудить, это означало бы, что он без сознания. Тогда бы диспетчер сама предложила ей записать вызов, — пришёл к выводу наш источник. — Неприятности никому не нужны. Однако вызывающая высказалась четко и недвусмысленно: "Сейчас он спит". К спящим "скорая" не ездит.

По мнению специалиста, ошибка была допущена не только диспетчером, не принявшим вызов, но и звонившей женщиной. Грамотно сформулированный вызов иногда может спасти человека. Всегда ли мы понимаем это? Знаем ли, как вести себя, оказавшись в такой ситуации?

В первую очередь нужно сказать, что случилось, — комментирует фельдшер скорой помощи. — Четко, конкретно, без истории болезни. То есть зачем этому пациенту экстренная медицинская служба? Если известна конкретная причина, ее надо указать (без сознания — диабетик, без сознания — травма головы). Если неизвестна — не указывать. Второе: точный, четкий адрес, который надо выяснить заранее. Скорая помощь не определяет адрес по номеру телефона, стационарного или мобильного. Обязательно указать подъезд и этаж, код, если есть. К тому же следует сообщить пол и возраст, хотя бы примерный. Больше ничего не требуется. Лучше "скорую" встречать: тогда врач появится быстрее, потому что ему не надо будет искать нужный подъезд. К приезду "скорой" необходимо приготовить удостоверение личности, чтобы не рыскать второпях, усугубляя суматоху. Также нужно позаботиться о сохранности своих ковров, скатав их или застелив газетой. Экстренные службы бахилы не надевают. Ну и напоследок: чистое полотенце, не использованное ранее, приятно удивит доктора. Хоть мы и обязаны дотрагиваться до пациента только в перчатках, но часто этим пренебрегаем, а потому захотим помыть руки.

Впрочем, есть и другая сторона. Родственники человека, находящегося при смерти, могут впасть в панику и забыть даже элементарные вещи. И это уже задача диспетчера — задать все наводящие вопросы, чтобы выяснить состояние больного. Там, где каждый делает то, что должен, нелепых трагедий обычно удаётся избежать.

P. S. Когда материал готовился к публикации, Валерий сообщил, что его уведомили по телефону о повторном закрытии дела. Официального подтверждения этой информации пока не поступало.

Ирина Плотникова