Почему в ВКО дети гибнут на заброшенных объектах?
С наступлением тёплых дней пространство, в котором обитают школьники, пока родители на работе, существенно расширяется. Ребячьи компании нередко залезают в места, где существует риск для жизни. Порой такие походы заканчиваются трагически. Почему детей не останавливают лекции и пояснения взрослых? Какая психологическая потребность толкает подростков в заброшенные дома и в руины промышленных объектов? Какие меры безопасности, применяемые в ВКО, оказываются наиболее действенными, разбирался корреспондент YK-news.kz.
Случай или система?
Перед выходом на каникулы во всех школах республики вновь и вновь разъясняли детям правила безопасного поведения: на дороге, на воде и так далее. В надежде на то, что подрастающее поколение осознает опасность и будет ответственно относиться к собственной жизни. Однако эти беседы достигают сознания детей далеко не всегда. Доказательством тому служит трагедия, которая случилась в городе Алтае 19 апреля.
Компания подростков играла в заброшенном здании на улице Промышленной. Одна из школьниц 2011 года рождения не заметила отверстие в полу. Девочка оступилась и упала со второго этажа, получив многочисленные травмы. Врачи месяц боролись за её жизнь, но спасти не смогли. Пострадавшая скончалась в больнице 20 мая.
Случай в Алтае, к сожалению, не уникален для нашей республики. В последние годы заброшенные и недостроенные здания в разных регионах Казахстана регулярно становятся местом гибели и тяжёлых травм детей и подростков. Вот хроника несчастных случаев только за последние пять лет.
В 2022 году в Актобе девятилетний ребёнок погиб после падения в резервуар на территории заброшенного элеватора.
В 2025 году в области Жетісу подросток получил тяжёлые травмы после обрушения бетонной плиты в заброшенном здании. Для его спасения потребовалось вмешательство экстренных служб.
В 2024 – 2025 годах в Алматы и Астане фиксировались случаи обнаружения тел подростков в заброшенных зданиях, по которым возбуждались уголовные дела и проводились проверки обстоятельств смерти.
Эти эпизоды различаются по причинам и итогам расследований, но объединяет их одно. Дети погибли, потому что имели доступ к опасным неэксплуатируемым объектам.
По следам беды
По факту происшествия в Алтае полиция в тот же день начала досудебное расследование по части 3 статьи 114 УК РК (причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности).
— Ответственность за подобные несчастные случаи, в соответствии с действующим законодательством, может возлагаться на собственников зданий, балансодержателей, а также должностных лиц, обязанных обеспечивать надлежащее содержание объектов и ограничение свободного доступа к аварийным и заброшенным строениям, — комментирует начальник ДП ВКО Ерлан Омарбеков. — При наличии оснований действиям либо бездействию указанных лиц будет дана соответствующая правовая оценка, в том числе на предмет соблюдения требований безопасности и принятия мер по предотвращению угроз жизни и здоровью граждан.
В ходе расследования полиция установила собственника заброшенного здания. Окончательная правовая оценка его действиям, а точнее бездействию, будет дана по результатам расследования. Хотя решение правоохранителей уже ничего не изменит в судьбе 15-летней школьницы, чья жизнь оборвалась. Сейчас нас больше волнует вопрос, что делается в области, чтобы несчастные случаи не повторились в другом месте.
По информации ДП ВКО, полицейские регулярно проводят рейды, чтобы выявить, где имеется свободный доступ к "заброшкам", открытым колодцам и прочим потенциально опасным объектам. Они могут привлекать к ответственности собственников, которые не ограждают эти объекты. В том случае, если собственника вообще удаётся найти.
По данным Управления государственного архитектурно-строительного контроля Восточно-Казахстанской области, на территории региона сегодня насчитывается 440 зданий, длительное время не находящихся в эксплуатации. Из них 175 объектов находятся в частной собственности, 222 — бесхозные, а 43 относятся к коммунальной собственности. Часть этих зданий признаны аварийными или недостроенными. Значительная часть объектов остаются без ограждений или физического ограничения доступа. А это значит, что новая беда может стрястись практически в любом месте и в любой момент.
Это сладкое чувство страха
Помимо рейдов по выявлению потенциально опасных мест, полиция ведёт разъяснительную работу среди школьников и их родителей. По данным ДП ВКО, с начала 2026 года уже прошли 2593 такие лекции. Однако правоохранители напоминают, что ответственность за безопасность детей лежит в первую очередь на организациях образования, родителях и законных представителях несовершеннолетних.
В свою очередь, Управление образования ВКО в качестве основной меры профилактики называет "десятиминутки" безопасности на классных часах, а также родительские лектории. За минувший учебный год в ВКО прошло 8000 таких лекториев, которые охватили более 56 тысяч родителей.
Казалось бы, работа ведётся. Однако трагедия в Алтае заставляет задаться вопросом: почему при тысячах лекций и родительских собраний дети всё равно оказываются в местах, где один неверный шаг может стоить жизни?
Беда в том, что, по мнению психологов, посещение всевозможных "страшных мест" представляет собой реальную психологическую потребность и необходимый этап взросления. Видный исследователь детской субкультуры Мария Осорина считает, что наши дети специально ходят "бояться" в заброшенные здания, на стройки, пустыри и технические сооружения — пространства, не контролируемые взрослыми.
"Обычно дети считают "страшными местами" не обитаемые людьми замкнутые пространства: подвал, чердак, старый погреб или колодец, заброшенный дом и т. п., — пишет Мария Осорина в книге "Секретный мир детей в пространстве мира взрослых". — Входы в эти места становятся для детей точками соприкосновения обыденного мира ребенка с миром иным — таинственно-мрачным, населенным непонятными враждебными силами, живущими по нечеловеческим законам. От них веет могилой, и они вызывают у ребенка экзистенциальный ужас. Посещение "страшных мест" — это особая традиция детской групповой жизни".
Итак, взрослые ведут разъяснительную работу, пытаясь доказать детям потенциальную опасность "заброшек". Но получается, что дети сами это прекрасно знают. Именно опасность и влечёт их туда.
"Для младших школьников, особенно мальчишек, исследование "страшного места" оказывается групповым действом, имеющим сразу несколько психологических целей, — считает Мария Осорина. — Оно становится испытанием храбрости и одновременно ее тренировкой. Оно дает возможность удовлетворить исследовательские инстинкты, а также желание личного самоутверждения. Это и способ выяснения статуса каждого участника в групповой иерархии".
Опыт самостоятельности, риска, тайны и принадлежности к группе — это то, без чего невозможно познать себя и занять достойное место в детском коллективе. Выходит, что никакие разъяснения и уговоры не отвратят детей от похода в "страшное место". И произойдёт это именно тогда, когда взрослые не будут знать об этом. А значит, всегда будет сохраняться потенциальная возможность беды.
Полная недоступность
Мы далеки от мысли, что разъяснительно-профилактическая работа, которую ведут педагоги и правоохранители, недостаточна или неэффективна. Скорее всего, большинство детей эти уроки усваивают и хотя бы иногда задумываются о возможных последствиях. Но всегда могут найтись юные авантюристы, для которых тяга к исследованию страшного и неизведанного пересилит инстинкт самосохранения. А значит, задача взрослых — сделать так, чтобы дети испытывали свою храбрость и переживали чувство общности в безопасной обстановке. Согласитесь, есть разница между рассказыванием "страшных историй" в укромном шалаше, выстроенном среди кустов во дворе родного дома, и поиском приключений в полуразрушенных строениях. Последние должны быть ограждены и полностью недоступны. И не только для детей.
По данным Управления государственного архитектурно-строительного контроля ВКО, "заброшки", хозяева которых известны, иногда удаётся ликвидировать. С владельцами 36 аварийных зданий из 175 частных "заброшек" проведена разъяснительная работа о необходимости сноса. За 2024 – 2025 годы на территории ВКО ликвидировано 25 заброшенных зданий. Чаще всего это работает там, где местные исполнительные органы всерьёз обеспокоены безопасностью детей.
— В 2024 году в городе Риддере были проведены проверочные мероприятия по четырём заброшенным многоквартирным домам, — информирует заместитель руководителя Управления государственного архитектурно-строительного контроля Самат Каирдинов. — По результатам проведённых проверок установлено отсутствие ограждений по периметру объектов. В связи с этим собственникам были выданы предписания об устранении выявленных нарушений. На сегодняшний день один объект снесён, по остальным объектам восстановлены ограждения.
В последние годы в области наметился и другой способ решения проблемы "заброшек". Акиматы городов и районов начали восстанавливать пустующие многоквартирные дома. Этот способ позволяет разом убить двух зайцев: ликвидировать опасный объект и дать людям жильё.
— За 2024 – 2025 годы на территории Восточно-Казахстанской области восстановлено 22 здания, — сообщает Самат Каирдинов. — В том числе восстановлены три многоквартирных жилых дома в селе Катон-Карагай и четыре жилых дома в селе Маркаколь.
Восстановление многоквартирных "заброшек" началось в прошлом году в селе Самарском. В Новой Бухтарме частный инвестор выкупил два недостроенных панельных дома и превращает их в полноценное жильё. К слову, в Бухтарме местные власти неоднократно заваривали окна и двери. И всё равно дети ухитрялись проникать внутрь. По мере восстановления эти здания утратят для ребят привлекательность тайны и риска.
Главная проблема в том, что поиски владельцев таких объектов, возвращение в муниципальную собственность и восстановление — это вопрос времени и денег. Причём немалых. Значит, надо предпринять всё, чтобы "заброшки" были максимально недоступны физически.
"Пойдём бояться вместе!"
Пустующие строения, крыши домов, таинственные подвалы и пустыри всегда будут манить подрастающее поколение возможностью проверить себя, пощекотать нервы, доказать другим детям свой авторитет.
При этом, по мнению психологов, увещевания и запугивания, особенно от человека, который не является для детей авторитетом, не отвратят их от опасного похода. А зачастую дети и не расскажут родителям о том, где они были и что там видели. Знатоки подростковой психологии считают, что нейтрализовать привлекательность опасного места можно. Если отправиться туда хоть раз вместе с ребёнком.
— Тяга к приключениям, особенно для детей младшего школьного возраста — это естественная потребность, — комментирует исполняющая обязанности директора Регионального центра психологической поддержки и помощи Управления образования ВКО Лилия Куземко. — Если мы будем им запрещать, она от этого не исчезнет. Лучше пройти вместе этот путь, пропуская ребёнка немного вперёд, обращая его внимание на детали, спрашивая, как надо здесь действовать, что может произойти, какие могут быть последствия. Это способ научить его быть предельно внимательным, заботиться о своей безопасности, знать об экстренных службах помощи. Научить его, как отказаться, если другие ребята предлагают пойти в опасное место, как рассказать им, что это может причинить вред. Это важная работа, которую взрослые могут провести, чтобы обезопасить детей в дальнейшем. Потому что не всегда мы можем быть рядом. Усвоение через личный опыт — один из самых результативных способов.
Ирина Плотникова