"Железная Леди Усть-Каменогорска" о том, как выживал областной центр в 90-е годы

"Железная Леди Усть-Каменогорска" о том, как выживал областной центр в 90-е годы "Железная Леди Усть-Каменогорска" о том, как выживал областной центр в 90-е годы
"Железная Леди Усть-Каменогорска" о том, как выживал областной центр в 90-е годы
Вера Сухорукова. Её до сих пор называют "Железная Леди Усть-Каменогорска"

Историю города новейшего времени написать едва ли не сложнее, чем описывать минувшие столетия. Новейшая история существует не в трудах историков, а  в газетных публикациях. Как выживал областной центр ВКО после распада Советского Союза, помогла вспомнить "Железная Леди Усть-Каменогорска" Вера Сухорукова.

Тёмные времена

В 90-х годах прошлого века на смену перестроечной эйфории пришли суровые реалии капитализма и распада Союза. Город, обладавший во времена Казахской ССР мощной промышленностью, в годы независимости начал терять свои заводы один за другим. Закрылись Комбинат шёлковых тканей, швейная фаб­рика "Рассвет", Завод приборов, Иртышское управление строительства, трест "Алтайсвинецстрой" и многие другие. С трудом выживали Востокмашзавод, УМЗ, ТМК, Усть-Каменогорский свинцово-цинковый комбинат. Причиной кризиса промышленности стал разрыв хозяйственных связей с бывшими республиками Советского Союза. 

Девяностые запомнились горожанам как годы, когда Усть-Каменогорск дышал чистым воздухом. Ведь наши металлургические гиганты работали едва-едва. Но вместе с улучшением экологической обстановки пришёл кризис неплатежей. Предприятия больше не пополняли бюджет своими отчислениями. Заработную плату тем, кому повезло не попасть под сокращение, начисляли, но не выдавали на руки месяцами. Либо платили "натурой": табуретками, полотенцами, фарфоровыми бокалами. В лучшем случае курами с птицефабрики. В 1992 году вместо денег бюджетникам начали выдавать "чеки" — цветные бумажки, на которых была проставлена сумма месячного заработка работника. Но как рассчитываться этими фантиками за еду в магазине, никто не знал. 

Разбушевавшуюся инфляцию приостановило введение в ноябре 1993 года национальной валюты — тенге. К этому времени все рублёвые накопления граждан уже обесценились. На фоне тотального обнищания единственным средством выживания в те годы для многих горожан стал челночный бизнес. Его воплощение — пресловутая "китайка", рынок возле ЦУМа.

На заре казахстанского капитализма город захлестнули криминальные разборки. Одна из них едва не переросла в межнациональное столкновение. Осенью 1992 года в Усть-Каменогорске в общежитии Арматурного завода были найдены тела четверых зарезанных парней-казахов. По городу пронёсся слух, что это дело рук представителей кавказской национальности. Начали раздаваться призывы к насильственному выселению из области чеченцев и ингушей. Обстановка была накалена до предела. 17 октября стихийно возникло шествие, которое двинулось в сторону посёлка Овечий ключ, где компактно проживали чеченцы. Жаждущую мести толпу с трудом остановили усиленные наряды милиции и внутренних войск. В Усть-Каменогорск срочно прилетела официальная делегация Чечни во главе с председателем Комитета парламента по иностранным делам Юсупом Сосланбековым. Совместными усилиями межнациональный конфликт был предотвращён. Правоохранители установили, что преступление было совершено на бытовой почве после совместного распития рабочими спиртных напитков.

Копейка к копейке

В условиях тотальных неплатежей очень быстро пришло в упадок коммунальное хозяйство. Рассыпался асфальт на дорогах. Погасли фонари. Город погрузился во мрак безвременья. Но на рубеже 2000-х годов жизнь в Усть-Каменогорске начала меняться. Наступил период, который назвали "Эрой Веры". Осенью 1999 года городскую администрацию возглавила Вера Сухорукова. 

— В то время в городе слабо формировался бюджет, — вспоминает Вера Николаевна. — У бюджетных организаций были огромные долги по заработной плате, коммунальным услугам. Была задолженность за поставленные продукты лечебным учреждениям. С другой стороны, у предприятий тоже было достаточно сложное положение. Товарно-денежные отношения происходили по схеме бартера. Когда я пришла, меня удивила система: город рассчитывается за товары и услуги не деньгами. И в бюджет города тоже поступали не деньги, а какие-то товары. Причем всё это с дисконтом на 20 процентов не в пользу бюджета. Я потребовала, чтобы за всё платили только деньгами. И взяла за практику, чтобы заведующий горфинотделом каждое утро отчитывался передо мной лично о поступлении и направлении средств. Когда запретили бартерные схемы, деньги сразу стали находиться.

По словам "Железной Леди Усть-Каменогорска", с любителями половить рыбку в мутной воде этих странных коммерческих схем она сразу без сожаления рассталась. С остальными чиновниками предпочла выстроить нормальные рабочие отношения. 

— Когда мы стали погашать долги по заработной плате, до меня дошла информация, что одной из больниц деньги из бюджета были выданы, но людям не заплатили, — приводит конкретный пример Вера Сухорукова. — Эти деньги ушли на покупку продуктов питания. Зная, что медсёстры и врачи получают крохи, разве можно было оставлять их без зарплаты! Сразу надо было искать интерес главного врача в этом деле.

Но это было только начало сложной работы на посту акима.

— После погашения долгов по заработной плате необходимо было наладить нормальный расчёт за коммунальные услуги, — продолжает собеседница. — К руководству Тепловыми сетями пришла иностранная компания. И там не понимали, как это мы не будем платить, а они будут поставлять бюджетным организациям тепло в долг? Но мы убедили их. Смогли договориться и с Водоканалом. По мере появления возможностей начали платить текущие платежи, а дальше стали погашать долги. И в течение года рассчитались. 

И с населением вели работу, чтобы платили. Ведь деньги нужны были теплоснабжающим предприятиям, чтобы поддерживать хозяйство. Так понемногу в городе начала складываться нормальная система взаимоотношений.

Разговоры о главном

Сейчас мало кто знает, что нынешнюю концепцию "слышащего государства" в Усть-Каменогорске опробовали на практике на рубеже 2000-х годов. К этому толкала необходимость.

— Тогда сложная проблема была с выплатой пенсий и пособий, — рассказывает Вера Николаевна. — И на центральной площади постоянно собирались митинги, организованные общественной организацией "Поколение". Я когда работала в бизнесе, проходила мимо и думала: "Слава богу, что меня это не касается!" Но когда аким области Виталий Леонидович Метте предложил мне возглавить город, пришлось столкнуться с этим напрямую. Пришлось находить какие-то пути взаимодействия. Люди ведь не от дури собирались, а от безысходности!

Но на улице разговаривать трудно. В общении с толпой надо было глоткой брать — кто кого перекричит. Мы поступили иначе: решили каждую среду собираться с "Поколением" в городском акимате и обсуждать все проблемы. На первых порах — с моим присутствием. Я отвечала на их вопросы: что делается и когда будет очередная выплата пенсий? Удалось прийти к согласию с "неформалами" и договариваться в стенах городского акимата. Потом они доносили эту информацию до людей. Инициативные пенсионеры-специалисты вошли в комиссию по формированию бюджета.

Тогда надо было много слушать. 

Маслихат тоже был полон "неформалов". Восемь-девять человек называли себя коммунистами. Надо было ещё убедить депутатов в необходимости того или иного решения. Честно говоря, в то время меня это сильно раздражало. Ищешь какие-то крохи, пытаешься их направить на что-то важное, а тут ещё кто-то сопротивляется! Теперь я понимаю, что это было абсолютно правильно, потому что заставляло думать и принимать более взвешенные решения.

Шаг за шагом

— В конце девяностых в городе абсолютно ничего не делалось, — констатирует мэр "эпохи нулевых". — Не ремонтировались школы — на это не было средств. Не покупали ни парт, ни стульев. Не чинились дороги. Крохотные деньги, которые были, уходили на ямочный ремонт, от которого толку не было. Газоны не косили. Ситуация полной запущенности.

В 2000 – 2001 годах начала стабилизироваться экономическая ситуация в работе предприятий. И нам удалось более чётко формировать бюджет и обеспечить его исполнение. Когда его стали исполнять, появилась возможность какие-то остатки направлять на неотложные нужды. Принцип был такой: то, от чего зависит большая часть населения, делать в первую очередь.  Поэтому приоритетом стали дороги. Первые улицы, которые нам удалось сделать, — проспект Назарбаева, который тогда назывался проспектом Ленина, и улица Бажова. Отремонтировали дороги в сторону Согры, Аблакетки, сделали линию освещения и залатали дорогу в так называемый "Карабах". Потом перешли к ремонту кровель в школах.

Дальше — работа больниц. Все машины скорой помощи были развалившимися. И тогда проявил инициативу глава "БИПЭКа" Анатолий Михайлович Балушкин. Он безвозмездно подарил городу больше десятка новых машин "скорой".

Непопулярные меры

Порой мероприятия, проводимые городской властью, встречали бурное неприятие сограждан. Сейчас многое оценивается уже совершенно иначе. А некоторые дела 20-летней давности кажутся удивительно злободневными. Вспомнить хотя бы замену деревьев на проспекте между Ульбинским мостом и площадью Ушанова.

— Было много споров относительно сноса старых тополей. Что нас подвигло к этому? — уточняет Вера Сухорукова. — Во-первых, аллергия у людей на пух. А второе, в Зыряновске тогда тополь упал и придавил насмерть ребёнка. Мы пометили все старые деревья и по всем центральным улицам начали их убирать. В питомниках нашли хорошие деревья и посадили их, чтобы восполнить зелёный фонд. Вторая ситуация касалась тротуарной плитки. В ноябре 2000 года мы стали её укладывать в начале проспекта Ленина, в районе Дворца спорта. Нас за это критиковали, некоторые даже заподозрили, что я лично имею в этом какой-то интерес. Мы ведь заставляли коммерческие структуры, чтобы они вдоль своих владений сами плитку укладывали либо принимали долевое участие. А в действительности её укладывали в первую очередь там, где идёт тепломагистраль. Когда надо отремонтировать, плитку разобрал, завершил ремонт, потом её на место поставил. И чтобы не спотыкаться, ходить по ровным дорогам, без луж.

В заключение

Напоследок мы задали Вере Николаевне неудобный вопрос о том, какое свое решение на посту акима Усть-Каменогорска она считает неверным, и получили развернутый ответ:

— До сих пор я считаю бесперспективным тратить деньги на ямочные ремонты. После среднего ремонта дорога держится три-четыре года, а ямочный ремонт сделают весной, к осени его уже не видно. Но тогда я вынуждена была с этим соглашаться.

А еще, чтобы территория города была обустроена, каждый участок должен иметь своего хозяина. Это мы уже тогда понимали. И в 2002 году за всеми кондоминиумами закрепили земельные участки из бюджетных средств. Период аренды закончился, и, к сожалению, дальше эту работу никто не продолжил. А это надо было делать. 

Сейчас программа благо­устройства дворов действует, это очень хорошо! Но важно сделать так, чтобы жители домов чувствовали свою ответственность за дворовую территорию.

В "эпоху Сухоруковой" в городе появилась такая достопримечательность, как фонтан "Зодиак", построенный на деньги областного бюджета. Мэр города категорически заявила, что у Усть-Каменогорска есть более неотложные нужды, и отказалась тратить на него городские деньги. Аким области отнёсся к этому с пониманием. Область также выделила деньги на ремонт Иртышского моста, который уже ощутимо проседал под тяжестью автотранспорта, и на строительство моста в створе улицы Мызы.

— Чем было хорошо то время? — подводит итог Вера Сухорукова. — Ни у кого мысли не было воровать бюджетные деньги, потому что кроме всего прочего их и не было!

В 2003 году Веру Николаевну пригласили занять должность заместителя акима области. Город возглавил другой человек. Но это уже совсем другая история.

Ирина Плотникова

Также читайте